… и не верьте этому пройдохе, если он будет говорить, что заметил меня первым или что «все держал под контролем».

    Дело было так: после того, как рядом со мной убили четверых, мы с Френбергом справедливо решили свалить подальше, ну и дали деру. Он рванул к Водопою (не помню, как его называли местные), а я решил схорониться где-нибудь, куда просто так не полезут преследователи, и залег в кустах. Когда в сторону Водопоя мимо меня протопали злодеи, убившие четверых моих товарищей, я понял, что поступил правильно. Немного выждав, я направился на поиски клада (тут стоит остановиться и упомянуть, что у меня был Самый Главный кусок карты, который ни за что не должен был достаться злодеям, и перерисовка его окрестностей, что давало мне примерное представление о местонахождении клада). Избегая открытых местностей и троп, я шесть раз подходил к Врагам и шесть раз отходил незамеченным, что не делает этим растяпам чести. Добравшись до предполагаемого местоположения клада, я отмерил шаги, достал нож и уже было принялся копать, но заметил аборигена, на поверку оказавшегося местным блуждающим духом грибника (а я его чуть не пристрелил). Допросив его, я узнал дислокацию Врагов и удостоверился, что они, собрав почти всю карту, не смогли понять, где клад. Потом я копал в другом месте. И еще три раза.

    Окончательно выбившись из сил, я малодушно направился в «лагерь», всячески изъявляя свою миролюбивость, чем задобрил его обитателей. Поведав им последние сплетни, я был укомплектован лопатой и выгнан взашей, с указанием копать дальше. Предприняв еще две бесплодные попытки, я услышал залп орудий какого-то корабля и, не тратя ни секунды, направился на звук. Добравшись до берега, я увидел корабль: это была пиратская бригантина. Издалека была слышна перестрелка и отголоски приказов, а в двадцати шагах от меня крался, не замечая меня, одинокий пират и довольно забавный: он был одет в яркий камзол, обвешан прекрасным блестящим и украшенным оружием. Лицо его было разрисовано, а одежда обвешана веточками (наверное, для антуража, поскольку это буйство красок так просто не замаскировать). Немного за ним понаблюдав, я вышел на видное место и, подняв в знак мира оружие, пошел прямо на него, но был замечен только подойдя на десять шагов. Впрочем, не стоит его винить в неосторожности – ведь в море маскировка ни к чему и даже самый неприметный корабль прекрасно видно издалека в хорошую погоду, а в плохую даже огромные суда не могут заметить друг друга, не подойдя на расстояние прямого залпа. Так вот, чудом оставшись в живых, после коротких, но емких переговоров, я выяснил, что пираты точно знают, где зарыт сундук и мы договорились: я должен был ему помогать в обмен на место на корабле и крупный алмаз.

    Я не особо доверяю пиратам, но выбора у меня не было, да и его товарищи на берегу, судя по крикам об отступлении, были не в лучшем положении. Итак, мы «напрямки» пошли к сундуку. Почему «напрямки» были скрашены изящной дугой и восьмеркой мы навряд ли уже узнаем, но изрядно поплутав, мы вышли к цели. Усмехнувшись, я полюбовался своими раскопками буквально в пяти шагах и отпечатком своего ботинка прямо на сундуке. Не доверив мне выкапывание сундука, пират поставил меня на стрем и за считанные секунды мастерски извлек сундук: вот что значит профессиональный пират! Впрочем, нести сундук досталось мне, а поскольку я был уже изрядно уставший, а сундук далеко не таким легким, как выглядел, все, о чем я думал, было то, как добраться до следующего бревна и отдохнуть хотя-бы пару ударов сердца. Но пират не давал мне спуску, и я, смертельно уставший, шел и шел за ним в сторону берега. Уже на подходе к берегу, мы остановились и, посовещавшись, решили разделиться — я должен был пробраться на корабль с сундуком и отстреливаться оттуда, а он – отвлечь пиратов и позже присоединиться ко мне. Когда он скрылся за ближайшими деревьями, у меня открылось второе дыхание, и я сумел бесшумно и быстро добраться до берега по буреломам, выйдя к нему даже немного раньше пирата (он опять меня не заметил, пока я не встал на видное место). Мы оба очень удивились, не обнаружив поблизости ни одного врага и ни одного пирата, и быстро перебрались на корабль. Но едва мы ступили на палубу, как на берегу показались враги.

    Некстати на меня опять навалилась усталость, и я смог только наблюдать, как пират под градом пуль, отстреливался от врагов. Когда стало ясно, что победы нам не видать, он сказал мне открыть сундук, поскольку хотел перед неизбежной смертью хотя бы взглянуть на сокровища. Когда я развязал флаг, в который очень удобно для переноски был завернут сундук мое сердце остановилось навсегда и я перестал дышать: проклятье легло на меня. Когда пират заметил, что я умер, но не упокоился, он пришел в неописуемый ужас и с воплями бросился к корабля прямо на пули врагов, где и погиб. Враги, обрадовавшись, что я остался только один, попытались пробраться на корабль. Мое сознание еще не полностью слилось с проклятием, и я сумел загрызть троих, но двое в ужасе сбежали от меня – мои члены словно налились свинцом и я не мог быстро двигаться, зато пули меня не брали. Да, это было больно… Пока двое выживших решали, что им делать и как добыть сундук, тот манил меня все сильнее и сильнее и я просто сел на него. Я не знаю, сколько времени прошло – мое сознание пробивалось к реальности все реже и реже, я уже почти не контролировал себя, как кто-то схватил меня сзади, а спустя секунду второй выдернул из-под меня сундук и оба они сбежали. Я не смог сойти с корабля, меня что-то удерживало от пересечения воды, и я только рассмеялся им вслед и принялся ждать, ведь единственный способ выбраться с острова – на корабле. Жду я их и по эту пору. За все время только Хентайный Монстр со своим рабом приходил ко мне, но я не испытывал к ним той жажды убийства, как к людям, наверное им просто не нужны сокровища…